Украинский бизнес ждут большие изменения – налоговая реформа, РРО, кэшбек и ряд других инициатив, которые не всегда вызывают у бизнесменов удовольствие. О восприятии налоговых инициатив правительства, тенденциях налогообложения, оффшорах, кредитах для бизнеса и «сигаретной войне» рассказала Елена Макеева, председатель совета директоров аудиторской фирмы «Аксенова и партнеры», экс-заместитель министра финансов Украины в 2015-2016 годах.

— Многочисленные налоговые инициативы нового правительства в штыки восприняты малым, средним и крупным бизнесом в Украине. В свое время, будучи заместителем министра финансов в правительстве Яценюка, вы уже пытались реализовать нечто подобное. Тогда не сложилось. Как думаете, получится ли у нынешнего правительства изменить налоговую систему, насколько сильно сегодняшняя ситуация отличается от 2015 года?

— Интересный парадокс. С одной стороны, мы ожидаем кардинальных изменений, а с другой стороны,- держимся за существующий статус-кво. Так было в 2015, ничего не изменилось и сегодня. К сожалению, должны констатировать недостаток доверия к власти и государственных институтов. Как говорят, при отсутствии доверия, любые законы теряют силу. Это частично объясняет большую долю теневого бизнеса в нашей стране.

Не лишним будет напомнить, что в 2015 году мы предлагали комплексную реформу: ввести плоскую ставку 18% по всем налогам (flat rate), убрать любые налоговые льготы и преференции (расширить базу налогообложения) и существенно уменьшить налогообложение физических лиц, в том числе за счет пересмотра упрощенной системы налогообложения. Налоговая политика должна быть простой и справедливой по отношению ко всем налогоплательщикам.

Мне доподлинно неизвестно, какую комплексную реформу предложат уже весной следующего года. Вместе с этим, я убеждена, к нашим наработкам еще вернутся. По меньшей мере, в части обязательных шагов, предусмотренных Ассоциацией с ЕС. Речь идет о пересмотре налоговых льгот, имплементации Директивы ЕС по НДС. Буду рада, если наши идеи найдут поддержку в новом правительстве и парламенте.

— Почему малый бизнес, ФЛП, так агрессивно восприняли идею о РРО и кешбэке, хотя, казалось бы, законодательно им облегчат жизнь?

— Агрессивно? На самом деле, абсолютно нет. Сегодня мы видим определенную группу лоббистов за сохранение существующего статуса-кво, они не имеют ничего общего с предпринимательством. Настоящим предпринимателям нечего бояться, никаких дополнительных затрат на программное обеспечение и никаких изменений упрощенной системы налогообложения.

И главное – впереди целый год на подготовку. Для сравнения, в крупных магазинах кассиром становится человек после прохождения 8-ми часового обучения. Поэтому, времени достаточно, нечего паниковать.

— Как вы считаете, могут ли инициативы правительства по налоговой реформе привести к чему-то вроде Налогового майдана? Какими путями готов защищать свои интересы украинский бизнес?

— Для налогового майдана нет реальных оснований, а в искусственные майданы я не верю. На самом деле бизнес ожидает настоящих реформ в части администрирования налогов, возмущение может вызвать только давление на бизнес со стороны контролирующих органов и возврат к устоявшимся налоговым практикам в виде ручного управления по поступлениям в бюджет. Надеюсь, новый глава ГНС Украины этого не допустит.

— Какие тенденции налогообложения вы видите для Украины в будущем? Совпадают ли они с видением налоговой политики в стране, которая проводится нынешним правительством?

— Украина не может стоять в стороне от мировых изменений. Даже если мы не воспринимаем новые требования к прозрачности, их нам диктует весь цивилизованный мир. Надо признать, что Украина не является лидером мнений (opinion leader), поэтому должна выполнять все наставления мировых организаций. В противном случае, мы будем не интересны для инвесторов, ни внешних, ни внутренних.

— Украинские бизнесмены жалуются, что в плане получения кредитов им невероятно сложно конкурировать с иностранными инвесторами, поскольку проценты по кредитам для первых и вторых кардинально разнятся. В чем причина такой ситуации?

— Во-первых, не стоит сравнивать условия кредитования развитых стран с развивающимися странами. Сравнивать можно яблоки с яблоками. Давайте сравнивать Украину с Грузией, например, а не с Германией или Швейцарией.

Во-вторых, надеюсь, никто не будет спорить с тем фактом, что ни один банк в мире не раздает деньги просто так. Любому банку нужны четкие гарантии возврата средств, высокая кредитоспособность (правовая и финансовая характеристика заемщика) и положительная кредитная история. Кроме того, банк потребует получить: прозрачную правовую структуру бизнеса, информацию о конечных бенефициарных владельцах, правдивую и достоверную финансовую отчетность как минимум за последние три года, положительную банковскую историю и, конечно же, надежный и качественный залог. Сколько украинских компаний будут соответствовать этим критериям? Очевидно, не много.

Соответственно, чем прозрачнее компания, чем выше кредитоспособность компании и надежность залога, тем ниже риск невозврата кредита банку. И вот вам результат — низкая кредитная ставка. Согласитесь, это дорогого стоит.

Поэтому, если хотим получить доступ к дешевым кредитам, должны менять подходы к ведению бизнеса, заботиться о репутации и капитализации бизнеса.

— Офшоры — бич любой экономики, не только украинской. По вашему мнению, как можно эффективно бороться с выводом средств в офшоры из Украины? Насколько сильно отток финансов в офшоры влияет на экономику страны?

— За нас в мире все давно придумали, Украине надо четко и неукоснительно выполнять наставления BEPS и стандартов прозрачности (EOIR, AEOI). Я убеждена, что за очень короткое время наступит конец эпохи офшоров.

— «Сигаретная война» между крупнейшими табачными компаниями и правительством может привести к тому, что предприятия закроются, бюджет потеряет аккуратнейших и крупнейших налогоплательщиков и десятки миллиардов гривен налоговых поступлений. Есть ли возможность не допустить такой ситуации?

— Первая ошибка украинских политиков — непоследовательность. Каждая новая власть перечеркивает договоренности бизнеса с предыдущей властью и делает вид, что ничего не слышала.

Вторая ошибка – неумение откровенно говорить с бизнесом. Особенно, когда речь идет о ТОП-10 налогоплательщиков, на плечах которых держится вся экономика страны. Как это правильно назвать? Неопытность или глупость?

К сожалению, никто не думает на шаг вперед и не просчитывает реакцию бизнеса и последствия для государства. А потому власть вынуждена всегда оправдываться. Это точно проигрышная стратегия.

(на момент публикации интервью стало известно, что правительство и табачные компании достигли договоренностей, уход компаний из Украины было свернут, производство на табачном заводе в Прилуках пообещали восстановить – ред.)

— Среди других инициатив, как говорится, в воздухе носится идея «налоговой амнистии» для бизнеса. Насколько она актуальна в условиях Украины и как ее лучше всего можно было бы провести, не затрагивая интересов определенных групп бизнеса?

— Я убеждена, что из-за общего недоверия общества как к судебной системе, так и к налоговым органам, поверить в ближайшую перспективу налоговой амнистии крайне сложно.

Согласно исследованию, проведенному Международным валютным фондом, программы налоговой амнистии вряд ли принесут выгоду государству. Чаще такие расходы на проведение налоговой амнистии превышают их настоящие выгоды. Вспомните, к примеру, неудачно проведенный в Украине налоговый компромисс. Он был настолько неудачным, что о нем даже не вспоминают.

И главное, налоговая амнистия – это фактически предоставление стимулов в виде пониженной ставки для тех, кто всегда нарушал законы. А какое поощрение государство предложит тем, кто всегда придерживался буквы закона? Вопрос остается риторическим.